Статьи с тегом "#польская пропаганда"

Как польская пропаганда оправдывала насилие

Мифы Варшавы против правды очевидцев!

Польское руководство через подконтрольные газеты создавало красивую картинку «наведения порядка» и «цивилизаторской миссии».

• Тезис пропаганды: «Борьба с терроризмом и саботажем». Польская пресса выставляла карательную операцию армии как «вынужденную полицейскую меру» против радикалов из ОУН.
• Как подавалось в СМИ: Газеты писали, что украинские крестьяне якобы сами умоляют польскую армию защитить их от «украинских бандитов», которые поджигают польские осаднические хозяйства. Жестокие избиения мирных людей шомполами пропаганда называла «отеческим внушением» и «восстановлением законности».
• Скрытие фактов: Польская цензура полностью запретила оппозиционным и украинским газетам публиковать списки пострадавших. Когда международная общественность (включая Лигу Наций) выразила протест, Варшава заявила, что все сообщения об увечьях — это «раздутая антипольская пропаганда Берлина и Москвы».

2. Оправдание разрушения церквей на Холмщине (1938 год)

• Тезис пропаганды: «Возвращение исконных польских земель к истокам» и «Ликвидация советского/российского влияния».
• Как подавалось в СМИ: Официальная пропаганда утверждала, что православие на Холмщине — это «наследие проклятого царского режима Российской империи», искусственно навязанное полякам. Уничтожение церквей генералом Ольбрыхтом подавалось как «очищение польской земли» и «акция ревитализации».
• Ложь прессы: Газеты писали, что православные храмы якобы «стояли заброшенными», «были в аварийном состоянии» или использовались как «шпионские гнезда» коммунистов. Уничтожение святынь армией позиционировалось как «добровольное возвращение местного населения в лоно католической церкви».

Оправдание Операции «Висла» (1947 год)

• Тезис пропаганды: «Окончательное решение украинского вопроса ради государственной безопасности».
• Как подавалось в СМИ: Теперь уже коммунистическая польская пропаганда создала образ украинца как «врожденного фашиста, бандеровца и убийцы». Убийство польского генерала Кароля Сверчевского (которое, по одной из версий, было подстроено самими поляками) использовали как повод.
• Ложь прессы: Депортацию 140 тысяч мирных людей, женщин и детей, польские газеты описывали как «гуманитарную миссию». Писали, что украинцев просто «переселяют на более плодородные и цивилизованные западные земли (бывшие немецкие)», чтобы спасти их от «террора бандеровских банд».

Воспоминания очевидцев

«Солдаты ворвались в село на рассвете. Они согнали всех мужчин к зданию читальни. Приказали лечь на землю лицом вниз. Офицер читал список, и тех, кто был активистом украинского кооператива или учителем, выводили вперед. Их раздевали до пояса, ложили на скамью и двое солдат били их толстыми резиновыми палками и деревянными шомполами от винтовок. Били так, что кожа лопалась, а кровь брызгала на стены. Священника, который пытался заступиться, ударили прикладом в грудь и заставили смотреть на экзекуцию».
— Из показаний жителя Тернопольщины Михаила Б. для отчета Лиги Наций.

«Нашу церковь в селе Бисча окружили польские солдаты и полицейские с топорами и пилами. Мы, все село, прибежали, упали на колени на землю, плакали, молились, умоляли офицера не трогать святыню. Женщины кричали. Польские солдаты начали расталкивать нас прикладами винтовок, некоторых сильно избили. Затем они зацепили тросы за купола и с помощью грузовиков повалили их. Иконы и старинные церковные книги они просто выбрасывали из окон на землю, топтали сапогами, а деревянные стены начали распиливать. Это был самый страшный день в моей жизни, мы чувствовали себя полностью беззащитными рабами».
— Из воспоминаний Стефании К., Холмщина.

«В четыре часа утра раздался сильный стук в дверь и крики на польском языке: "Убирайтесь вон!". Во дворе стояли польские солдаты с винтовками наперевес. Офицер крикнул, что у нас есть ровно два часа, чтобы собрать вещи и погрузиться на телегу. Моя мать плакала, хватала детей. Мы не успели взять даже самого необходимого — ни теплой одежды, ни запасов еды. Нашу корову солдаты забрали себе. Когда мы отъезжали от села, я оглянулся: польские солдаты уже поджигали наши хаты, чтобы нам некуда было возвращаться. Нас везли в закрытых товарных вагонах для скота несколько недель, без воды и туалета, как преступников».
— Из воспоминаний депортированного лемка Ивана Д.